| Немного солнца... |
А что если мы спросим об этом ее, ту самую "свободную" женщину, не обремененную стиркой, готовкой, уборкой и воспитанием юных бездельников? Ту, которая занимается только собой, которая распоряжается своим временем, как ей самой захочется? Она, разумеется, ответит, что лучше этого нет и не может быть ничего на свете! Но, боже мой! Почему и в этих глазах мелькает тень сожаления?!
Вечно меняющиеся женщины, непостоянные, как ветер! Кудрявая красотка мечтает о прямых волосах, русалка с прямыми волосами обязательно испортит их химической завивкой, рыжая непременно хочет стать брюнеткой, обладательница каштановой челки вся изведется от желания сиять золотом локонов, и даже вроде бы довольная всем блондинка будет полдня ломать голову над неразрешимой проблемой - что бы еще такого сотворить со своей многострадальной прической?
Светлана стояла перед зеркалом и пытливо разглядывала свое отражение. Проблема цвета волос в данный момент ее волновала меньше всего. Негромкий, рыжеватый оттенок прямых, по плечи волос ее вполне устраивал - он очень хорошо сочетался с прозрачно-зелеными глазами. Неяркая помада, немного румян, чтобы освежить аристократическую бледность кожи - и вот она: хорошенькая двадцатипятилетняя особа в строгом деловом костюме, успешная, ухоженная, вполне довольная жизнью. Скоропалительное замужество, разочарование и развод не оставили следов в ее жизни, об этом напоминало только тонкое обручальное кольцо на левой руке, да и еще небольшие шрамы в душе - но они же все равно никому не видны!
Она изучала свое отражение пристально, как хирург перед пластической операцией, но мысли ее были далеко. И если бы вдруг кто-нибудь спросил ее сейчас - как тебе жизнь свободной женщины? - она, ни минуты не задумываясь, ответила бы: да пропади она пропадом, эта свобода!!! Гори она синим пламенем и ты заодно с ней, за напоминание! - осенняя депрессия кого угодно превратит в неврастеника.
Осень... Когда-то она любила это время года. Любила прозрачную свежесть воздуха, последнюю натянутую ласку нежарких солнечных лучей, тонкие паутинки перелетных паучков, разноцветный ковер опавшей листвы под ногами... Ей очень нравился запах осени - чуть горьковатый, пропахший дымком костра, разбавленный сырыми запахами дождя, леса, грибов. Лето пахнет по другому - оно пахнет рассветом и радугой, земляникой и морем, оно пахнет солнцем и беззаботностью.
Теперь же запах осени - прощальный, печальный - говорил ей о неизбежности, о белом сне природы, что так похож на смерть. Зиму она не любила, холод переносила с трудом, короткие дни и долгие ночи, наполненные безжизненным голосом снега, лишали ее покоя.
Наступившая осень обострила до предела чувство одиночества. И сейчас она ненавидела свою свободу и независимость - все то, к чему так стремилась. Ненавидела яростно и дико. Ей хотелось поломать что-нибудь, разбить, разрушить, устроить неимоверный грохот или просто заорать дурным голосом - лишь бы не слышать эту тишину, которая не заглушалась даже постоянно болтающим телевизором.
"Ты - старая дева!!! - мстительно думала она, глядя в глаза отражения. - Тебе осталось только завести толстого, вонючего кота и перемывать кости соседям по вечерам на лавочке у дома!"
Мысли опять переметнулись ко вчерашнему разговору с Александром - он только что вернулся из двухнедельной поездки во Францию. Когда он уезжал, спросил - что ей привезти в подарок? Света только пожала плечами - ей ничего не нужно. Через несколько дней он повторил свой вопрос в SMS-ке. Написал: "Погода замечательная, светит солнце, так что же тебе все-таки привезти?!" А за ее окнами, который день подряд не прекращались дожди - то проливные, короткие, то мелкие, противные, затяжные. Постоянно висящая в воздухе липкая изморось доводила до бешенства. Хотелось дотянуться до тяжелых туч, нависших над домами, разорвать с треском их плотную пелену и увидеть, наконец, солнце! Разве это справедливо? Кто-то греется в волшебном Париже в теплых солнечных лучах и наслаждается красотой ранней осени, ее синью и золотом, как на картинах старых мастеров, а кто-то - она, например! - не видит ничего вокруг, кроме опостылевших одинаковых улиц, грязных луж и бесконечной сетки дождя! Весь мир вокруг был серым и сырым и еще, чего греха таить, она соскучилась по Александру.
Светлана прекрасно знала, что ничего у них не получится. Знала на том подсознательном уровне, на котором чувствует и понимает каждая женщина. И дело тут было даже не в его браке и постоянной занятости на работе. Они были слишком разные, слишком... Но разговоры и встречи помогали забыть об одиночестве, и она, противореча самой себе и природному дару интуиции, упрямо продолжала видеться с ним. Своих намерений в отношении ее он не скрывал - есть одна часть жизни - жена, дети, работа, а есть, как это называется?... "приятное времяпрепровождение без взаимных обязательств?" Она сама этого добивалась - материально независимая, успешная, быстрая карьера, свободное время, которое тратится по своему усмотрению, мужчины...
Первое время после развода она словно сошла с ума, сорвалась с цепи - ночные клубы, дискотеки, горячие руки, пьяные губы, чужие голоса - все слилось в один неразборчивый узор калейдоскопа. Мужские лица и имена менялись с пугающей быстротой, от которой она скоро устала. Что это было, зачем? Кому она пыталась отомстить или доказать что-то? Все это горячечное, безумное, ненужное вызывало у нее впоследствии приступы раскаяния и стыда. Природа Женщины брала свое - она захотела спокойствия, надежности, ощущения Его присутствия рядом, в доме. Ей хотелось стать слабой, хотелось спрятаться от всего мира в ласковых и сильных руках, уткнуться носом в его шею и забыть обо всем на свете... Любая мелочь вроде перегоревшей лампочки кричала ей - ты Одна!!! И от этого хотелось завыть, зарывшись лицом в подушку.
Она стала искать серьезных отношений, и рой поклонников заметно поредел. Те, кто оставались, не устраивали ее по многим причинам, и в первую очередь потому, что она ждала Его. Не принца, нет. Реального, живого, полного недостатков и противоречий - но только Его, одного, единственного! А он все не приходил.
Когда она встретила Александра, то в первый момент ей показалось, что это произошло. Спокойный, уверенный в себе, успешный и умный... но, очень скоро она поняла, что ошиблась. Он попытался затащить ее в постель сразу с первой встречи, аргументируя свои попытки чем-то типа: "Вы привлекательны, я - чертовски привлекателен, чего время зря терять?" Его напористость и наглость сначала обезоружили Светлану, но потом она разозлилась и послала его куда подальше. К ее удивлению, он не стал тратить время на обиды и уже на следующий день позвонил ей.
- Жаль, конечно, что придется потратить на уговоры больше времени, чем я планировал, но ты того стоишь. Хочу предупредить сразу, что от своих слов и желаний я так быстро не отказываюсь и рано или поздно ты все равно окажешься в моей постели, так что лучше привыкни к этой мысли побыстрее.
Вот и все. Он сообщил это известие спокойным, будничным тоном, просто поставил ее перед фактом. Она теперь была занесена в список долгосрочных планов, где-то между ремонтом квартиры и покупкой новой машины.
Он ее и бесил и нравился одновременно. При каждой встрече Александр заботливо осведомлялся - не нужно ли ей чего? Он был галантен и учтив, он подшучивал над ней и их необычными отношениями. Разговоры походили на взаимные пикировки. Она сидела напротив него, за столиком, лениво парировала его замечания о своей монашеской жизни и разглядывала его руки. Попыталась представить, как эти руки будут раздевать ее, как они зароются в волосы и запрокинут ее голову, подставив нежную шею горячим губам... И тут ее начинал разбирать смех. Его можно было представить где угодно - в боулинге, в машине, на трибуне, за рулем самолета, на ледяном катке наконец - но только не рядом с собой! Этому человеку она никогда в жизни не смогла бы прошептать на ухо: "Сашка..."
Это был не Он, но она не желала в это верить. Как-то так получилось, что кроме Александра в ее жизни никого больше не осталось, и Светлана бессильно ждала, когда же, наконец, она окончательно запутается в его паутине.
В то утро, когда она получила его послание из Парижа, день казался ей особенно серым и пустым. И тогда, поддавшись какому-то непонятному порыву, она ответила: "Привези мне немного солнца в холодной воде". Что она хотела сказать этим? Ей хотелось, чтобы он понял, что творится с ней, о чем она думает, о чем мечтает. Эти слова были своеобразным шифром, разгадать который смог бы только неравнодушный человек. Ответ пришел быстро. Он написал: "Ты и вправду сумасшедшая. Другая попросила бы привезти духи. Но я все равно постараюсь".
И она стала ждать. Чего? Непонятно было даже ей самой. Но если это Он, то он все поймет правильно, он обязательно сделает что-то слегка сумасшедшее, может быть, привезет ей в подарок бутылку легкого вина и скажет загадочно, что оно наполнено солнечным светом, собранным на горных склонах Франции, или еще что-то...
Ожидание тянулось долго, на работе было очередное затишье, и она решила заняться чисткой своего электронного почтового ящика - давно не было случая заглянуть туда и навести порядок. Когда-то, то ли из глупой шалости, то ли от безнадежности, то ли из-за вечного духа противоречия она разместила свой адрес и анкету на сайте знакомств. Потом посыпались письма. Поначалу это ее забавляло, на несколько писем она ответила и даже завязала какое-то подобие интернет-романа, но... очень скоро все письма стали казаться одинаковыми, если не написанными под копирку, то, во всяком случае, близко к этому. Все стало казаться банальным, пошлым, и она полностью потеряла интерес. В ящик залезала только для того, чтобы удалить очередную порцию писем.
Их оказалось не так уж и много - из-за ее молчания претенденты теряли терпение и время. Несколько штук от старых поклонников, одно от подружки из-за границы, несколько новых предложений: "Встретимся, телефончик, приятные встречи, телефончик, без взаимных обязательств, телефончик, буду раз просто пообщаться..." Стоп! Это еще что такое?
Необычное письмо сразу обратило на себя внимание. Слог, стиль - все было не так, как у всех. Несколько скупых строчек - и словно яркая вспышка молнии на ночном небе. Слова живые, как и человек, написавший их! И самое главное - никаких тебе: "Встретимся-телефончик!"
Светлана ответила. Михаил (так его звали) не заставил себя долго ждать. И, буквально через пару дней, она с удивлением поняла, что, наплевав на работу и на все вокруг, она проверяет свой почтовый ящик каждые полчаса в надежде увидеть новое послание. Его письма, такие настоящие, переворачивали ее день. Неожиданно даже для себя самой она выложила ему все, что наболело, все, что мучает и тревожит, все свое одиночество и неуспокоенность, все свои беды и страхи, слезы и смех - и в ответ узнала о нем, о его жизни и любви столько, что стало казаться - ближе этого человека нет никого на свете.
Она распечатала его фотографию на цветном принтере и унесла домой. Дома, по вечерам, она разговаривала с его снимком, а вскоре они стали говорить по телефону. Это было словно наваждение - потому что в жизни так не бывает, слишком маленький, ничтожный шанс встретить родную душу в сетях лживой мировой паутины...
Неделя пролетела, как сон. Когда вчера раздался звонок, Светлана с трудом вспомнила того, кто звонил, - Александр вернулся из Франции и приглашал ее поужинать. Она, растерянная и смущенная от того, что не узнала его сразу, от того, что ждала другого звонка, согласилась. И теперь, стоя перед зеркалом, ненавидела себя за это. "Не стану переодевать деловой костюм. А то решит еще, что я для него вырядилась!.."
Он уже ждал ее в ресторане, за столиком. Увидев, вскочил, поцеловал в щеку, усадил, преподнес роскошный букет и небольшой пластиковый пакет.
- Это подарок, как просила... - он хитро подмигнул и вцепился в ее руку. - Твои тонкие пальчики будут разворачивать обертку быстро и нетерпеливо, - он поцеловал ее пальцы, - у меня голова кружится, как только я подумаю о том, как эти пальчики будут также быстро и нетерпеливо расстегивать мою рубашку...
Светлана молча отняла руку и стала изучать меню.
- Я хочу только мороженого, а ты?
- Тебя, моя сладкая...
"До чего же пошло у него это получается!" - думала она. Вроде бы и слова не самые отстойные и голос нормальный, но почему-то ей казалось, что ее сейчас стошнит. Она хотела разозлиться и устроить скандал, а там под каким-нибудь предлогом разругаться и уйти навсегда. Но злости - странное дело! - не было. Вместо нее был смех. Он поднимался откуда-то изнутри, булькал и пузырился, как шампанское. Насколько этот человек был ей чужим! Его пошлость в сочетании с нескрываемым желанием делали его смешным, глупым.
Она не позволила себе рассмеяться. Только улыбнулась. Но, видимо, что-то все же промелькнуло на ее лице, потому что Александр внезапно весь собрался и посерьезнел.
- У тебя кто-то появился, пока меня не было? - его голос и глаза кололи ее холодом.
- С чего такие выводы?
- Раньше ты так на меня не смотрела.
- Так? Это как?
- Не знаю... как на пустое место...
Света посмотрела ему прямо в глаза, и ей на долю секунды стало жаль его - такого холеного и успешного, не знающего поражений. Она посмотрела на него еще внимательней и внезапно пришла к неожиданному выводу, что он - похотливый старый козел. И что она сейчас же, немедленно, сообщит ему об этом открытии, а потом уйдет. Навсегда.
А вместо этого она вдруг взахлеб стала рассказывать ему о Мишке. О своем самом сокровенном, невероятном, с интересом наблюдая, как его глаза еще больше леденеют, наполняются непониманием и отрицанием. Когда она замолчала, Александр сухо сказал:
- Я знал, что ты чокнутая, но чтобы до такой степени... Увлечься письмами человека, которого ты никогда в жизни не видела, способна только полная дура.
Слово "письмами" он специально протянул пискляво и противно. Свете страшно захотелось выплеснуть ему в лицо бокал шампанского, но она и тут сдержалась. "Я - воспитанная, умная и взрослая женщина. Я не совершаю глупых и необдуманных поступков. И расстаюсь цивилизованно!"
Она встала из-за стола.
- Надеюсь, Александр, вы понимаете, что после такой характеристики мне здесь делать нечего. Не провожайте, доберусь на такси.
Он что-то неразборчиво и зло буркнул в ответ.
На улице уже стемнело, опять стал накрапывать дождь. Оператор сообщил, что такси подъедет через несколько минут. Она надела плащ и стала ждать, вглядываясь в темноту улицы за стеклянной дверью.
- Свет...- негромко окликнул ее Александр.
Он протягивал ей цветы и пакет.
- Вот, забыла... Не сердись на меня за грубость. Сама пойми, я так ждал сегодняшнего вечера... Ведь оставил тебя одну всего на две недели, возвращаюсь - а ты уже другая, тебя нет! Увели, блин!! И ладно бы - человек, мужик реальный, которому можно морду набить, а тут... - он махнул рукой, поморщился. - Посмотри хоть, то ли солнце я тебе привез или нет?
Ее охватили два чувства одновременно. Первое - удивление. Она поняла, что Александр все-таки любит ее, пусть даже так, по-своему, по-деловому. У него в груди бьется живое сердце, а не калькулятор, как она думала. И ему тоже бывает больно. А второе - любопытство. А вдруг? Что, если он разгадал шифр? Что тогда?..
Светлана открыла пакет, и едва ее пальцы ощутили форму подарка, еще до того, как это дошло до сознания, она опять почувствовала в себе волну неуместного веселья, которое только искало повода вырваться наружу. В ней была заложена бомба и до взрыва оставались считанные мгновения.
Это оказалась книга Франсуазы Саган.
- Я не нашел ее в Париже, вот, на вокзале в Москве купил! - хвастливо сообщил он, - Все, как ты хотела, - он провел пальцем по строчкам названия, - "Немного солнца в холодной воде"...
Он еще что-то говорил, но Светлана уже ничего не слышала. Она хихикнула, потом еще и еще, а потом расхохоталась в голос. Смех наконец-то вырвался из нее, словно пробка из бутылки шампанского. Она смеялась, как одержимая, и уже подъехало такси, и Александр пытался ей что-то еще сказать - но она не могла остановиться. Еле-еле, сквозь смех ей удалось сообщить свой адрес шоферу и она повалилась на заднее сиденье в очередном неудержимом порыве хохота.
Она смеялась до слез - они пришли немного позже... И тогда Светлана заплакала навзрыд, по-бабьи, не стесняясь таксиста, размазывая по лицу косметику... Она плакала и чувствовала, как слезы омывают ее душу, стирают с нее одиночество и обиды, боль и непонимание. Душа ее запачкалась грязью жизни, теперь она отстирывала ее начисто, добела - черные от косметики слезы, казалось, льются из самого сердца.
Когда рыдания перешли в тихие всхлипывания, таксист протянул ей пачку салфеток и наотрез отказался брать деньги.
Дома она умылась, успокоилась и набрала телефон Михаила.
- Мишка, привет!
- Здравствуй, моя хорошая, - сказал такой знакомый голос в телефонной трубке.
- Ты прости, что я звоню так поздно, но мне очень нужно узнать у тебя кое-что.
- Не вздумай извиняться, говори! Что-то случилось?
Она прерывисто вздохнула, собираясь с мыслями, а потом выпалила одним духом:
- Скажи мне, если бы я попросила тебя привезти мне в подарок из Франции немного солнца в холодной воде, то что бы ты привез?
В трубке воцарилась тишина. Светлана ждала, затаив дыхание, и слышала гулкие удары своего сердца.
- Вот ты о чем... - задумчиво проговорил собеседник, - Так сразу и не сообразить, но вариантов много...
- Ну, говори, говори! - торопила она его.
- Не знаю... Что я точно бы не стал делать - так это привозить тебе роман старушки Франсуазы. Ведь это первое, что приходит в голову - а мы не ищем простых путей, так?
Светлана улыбалась. Ей уже было все равно, что он скажет дальше. По первым словам она поняла, что он читает ее сердце, как открытую книгу. Он видит ее мысли и надежды, он не станет обманывать ее доверие, потому что она нужна ему. Так же, как и он ей.
- Может быть, бутылку хорошего белого вина? - улыбался тем временем голос в трубке, - в нем много солнца, свежего воздуха, духа Франции...а может быть - цветок подсолнуха в замерзшей бутылке "Перье"? Или... нет, это все не то... Я знаю! Наверно, я увез бы тебя от всех, на пару дней, на выходные, в горы, там есть одно местечко, ты не представляешь! Деревянный домик в лесу, на берегу озера. Озеро синее, холодное, а в доме так тепло, что можно ходить босиком. Мы приедем туда ночью, а на рассвете я вытащу тебя, полусонную из кровати, укутаю, и на моторке отвезу на середину озера. Знаешь, когда там утром появляется солнце, то вся вода кажется расплавленным золотом... даже страшновато - кажется, дотронешься до нее и обожжешь руку. Но ты дотрагиваешься - и чувствуешь прохладу, ледниковую свежесть... Ты умоешься этой водой, и тебя уже никогда не будут мучить страхи и глупые вопросы, - улыбался собеседник.
- А что потом? - замирая, спросила Светлана.
- Потом? Ну, не знаю - будем ловить рыбу, погоняем на мотоцикле, разведем костер и будем печь картошку, будем считать звезды... потом ты попросишь меня поймать тебе синюю птицу или достать луну с неба, и я снова буду искать способ, как разгадать твои загадки, принцесса Турандот... Главное - что это Потом будет обязательно! Кстати, что ты завтра делаешь после работы?
- Не знаю... - счастливым голосом прошептала Светлана, - ничего...
- Ничего - это как раз то, что нужно! Понимаешь, мне здорово приспичило посмотреть, наконец, в твои глаза - ничего не могу поделать с этим! И еще... запланируй побольше "ничего" на все выходные - я должен все-таки подарить тебе немного солнца. А теперь отправляйся спать и выспись хорошенько - я завтра позвоню!
Они попрощались. Светлана забралась под одеяло и уснула, улыбаясь. За окном шуршал и возился дождь, холодный рассерженный ветер устраивал взбучку лысым деревьям. Но холод и сырость промозглой осени уже не пугали ее - где-то внутри, глубоко-глубоко загорелась лампочка - неяркая, вполнакала, но ее света и тепла хватило, чтобы растаял темный лед в ее сердце.
Она спала и видела сон - впервые за долгое-долгое время. Синее озеро в кольце зеленых гор, маленький деревянный дом на берегу. На озере спят облака, словно взбитые сливки. Из-за верхушки горы показывается широкая улыбка солнца - и от нее вспыхивает все вокруг, каждая капля прозрачной росы сверкает радугой. Она идет босиком по бриллиантовым россыпям к берегу, где тихо плещутся сонные волны, и опускает руки в холодную воду. Золотая дорожка бежит к ней по воде, прямо к ее ногам, солнечный свет и тепло окутывают ее невесомым облаком. И тогда она смеется во сне, смеется от счастья, запрокидывая голову к бездонному небу, и тихо говорит ему: "Спасибо"...
Послесловие:
Сначала я хотела написать о том, что все написанное чистой воды выдумка. Потом немного подумала и поняла, что не все. История моей подруги, наблюдения за ее переживаниями, свои мысли и ощущения по этому поводу, что-то от себя, от близких и далеких людей. Хотела написать одно и как всегда получилось другое.
И еще к одному выводу пришла. Ты думаешь, ей важно, куда они поедут в выходные? Даже если окажется, что этого озера и в помине не существует, ей будет все равно. Потому что он понял главное, пусть по-своему, по-мужски. Мне кажется, что она хотела обмануться, и он правильно понял это желание. Разве Артур Грей не мог, увидев Ассоль, просто прийти к ее отцу по-человечески и попросить ее руки? Она бы все равно вышла за него замуж, прекрасная партия, обеспеченное будущее. Но он поступил по-другому. Потому что он был такой же, как она, он хотел, чтобы не было банальности между ними, чтобы она запомнила его самым прекрасным, самым необыкновенным, осуществленной мечтой. Помнишь, как он сказал: "Ассоль помогла мне понять, что является главным в нашей жизни. Если душа человека жаждет чуда - сделай ему это чудо! Новая душа будет у него, и новая - у тебя".
Иногда чудом бывает то, что человек просто понимает тебя, понимает твои невысказанные мысли и говорит и делает то, о чем ты даже подумать боишься, чтобы не спугнуть. Случаи такого совпадения настолько ошеломляющи, настолько редки, что человек физически ощущает, что произошедшее с ним иначе, как чудом не назовешь. Это, наверное, и есть то, что я хотела донести, - маленькие чудеса в нашей жизни зависят от нас самих, мы сами в состоянии творить их, надо только прислушаться, услышать и понять.
